Т. В. Грачева Соединенные Штаты в своих притязаниях на безраздельное господство проводят глобальную политику диктата, опираясь на свое могущество, которое имеет геополитические, экономические, военные, социальные и - страница 2

^ Монополия на силу и опора на силовые методы
Другим признаком тоталитарной сверхдержавности является монополия на силу и опора на силовые методы, которые становятся главным инструментом обеспечения глобального диктата и контроля.

В своей речи 1 июня 2002 года в академии Вест-Пойнт президент Буш представил свою стратегию, где он обозначил намерение США монополизировать право на неограниченное применение военной силы в глобальном масштабе. Выступая перед будущими офицерами, глава Белого Дома заявил, что Соединенные Штаты не смогут в дальнейшем полагаться на устрашение других стран от нападения путем угрозы массированного удара возмездия и должны будут первыми наносить удары по выявляющимся врагам.

Буш отметил также, что американская нация «должна раскрыть террористические ячейки в более чем 60 странах», то есть примерно на одной трети земного шара. «Мы должны перенести сражение на территорию противника, нарушить его планы и парировать самые серьезные угрозы еще прежде, чем они реально возникнут. В мире, в который мы вошли, единственный путь к безопасности – путь действия. И наша страна будет действовать».

Эта речь четко продемонстрировала силовую доминанту в политике США и то, как американская администрация представляет новую роль Америки в мире после 11 сентября. Буш заявил, что Соединенные Штаты не только будут в одностороннем порядке использовать свои вооруженные силы в упреждающих акциях там и тогда, где и когда они этого пожелают, но что нация также накажет тех, кто занимается терроризмом и агрессией, и будет стремиться к тому, чтобы навязать всему миру ясную мораль добра и зла. Эта речь носила программный характер. Она объединила вместе ряд позиций в нечто, что высокопоставленные официальные лица американской администрации назвали «общей основой безопасности».

При этом ставка на силу делается не только в случае защиты от угроз или обеспечения безопасности, но и для создания нового мирового порядка по американскому образцу, для достижения глобальной политической, экономической и духовной власти и гегемонии. Буш выразил это так: «Дело нашей нации всегда было больше, чем оборона нашей нации». И далее он выделил три цели, которые в Белом Доме назвали «тремя пусковыми шахтами» его внешней политики. Он сказал, что Соединенным Штатам следует стремиться «защищать мир на планете от угроз террористов и тиранов, сохранять этот мир, поддерживая хорошие отношения между великими державами, и расширять этот мир, поощряя свободные и открытые общества на любом континенте».  

Эти самонадеянные заявления Президента США относительно защиты, сохранения и расширения мира свидетельствуют о глобальных устремлениях США, которые приобрели характер политического диктата и реализуются в последнее время преимущественно с применением силы.
^ Политический диктат и ставка на односторонние действия (унилатерализм)
Диктат США в мире, подкрепляемый военными акциями или угрозой их осуществления, был доминантой американской международной политики. Заместитель министра обороны Пол Вулфовиц, являющийся главным стратегом Пентагона в области политики, еще десять лет назад, в период президентства Буша-отца, разработал стратегию доминирования, вызвавшую немало критических замечаний. Согласно этой стратегии, Америка должна пресекать «все попытки других продвинутых индустриальных государств поставить под сомнение нашу ведущую роль или просто желание играть более значимую роль на региональном или мировом уровне». С той поры, как в 1991 году секретный документ оказался в «New York Times», в стране набирают силу мечты о неоимпериализме. Там думают над «новым инструментом», который позволит утихомирить планету, на которой царит хаос, и навести на ней порядок, разумеется, по американским правилам.

С точки зрения нынешнего руководства США, для обеспечения американского лидерства не требуется опоры на международный консенсус. Администрация Буша-младшего провозгласила курс на односторонние действия: США будут действовать вместе с союзниками там, где это возможно, но готовы действовать самостоятельно там, где это необходимо. Подобная позиция исходит из того, что американские союзники не имеют альтернативы – они будут вынуждены поддерживать Соединенные Штаты, поскольку не в состоянии действовать самостоятельно, тем более – вопреки Вашингтону.

НАТО при этом рассматривается как инструмент для реализации американских интересов в глобальном масштабе.

Высшим проявлением политического диктата США на международной арене является присвоение ими права вершить правосудие, руководствуясь при этом своими корыстными интересами и попирая нормы международного права.

Склонность к диктатуре и диктаторские тенденции проявляются не только во внешней, но и во внутренней политике США.

В октябре 2002 администрация Буша создала «теневое правительство», состоящее из 75-150 чиновников исполнительной власти, которые были размещены в безопасном, укрепленном убежище для обеспечения «преемственности власти», в качестве меры предосторожности против возможной ядерной террористической атаки на столицу США. Приказ о временной эвакуации был отдан вскоре после террористических атак на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября.

В конце октября принятые меры приобрели постоянный характер. После этого чиновники, взятые с высших постов государственной службы, начиная от ранга чуть ниже члена правительства и ниже, стали подвергаться ротации с интервалом в 90 дней. Правовые документы, обеспечивающие выполнение этого плана, были подготовлены таким образом, чтобы предоставить этим чиновникам в случае катастрофы всю полноту власти исполнительного характера.

Отмечается, что наиболее зловещей чертой этого секретного правительства является то, что оно состоит исключительно из представителей исполнительной ветви власти, что полностью нарушает принцип разделения властей, составляющий сердцевину американской конституционной системы. Ни одна из двух других ветвей власти, законодательная и судебная, не была включена в планы или даже проинформирована об этом. В том случае, если бы чрезвычайному правительству пришлось приступить к исполнению обязанностей, оно представляло бы собой открыто диктаторский режим, состоящий исключительно из представителей исполнительной власти, которые располагают правом руководить военной машиной и полицией без какого-либо законодательного или юридического контроля над своими действиями.

Таким образом, администрация Буша воспользовалась «войной против терроризма» для проведения обширных изменений в характере американской внешней и внутренней политики, которые проявляются в ее милитаризации, диктаторских тенденциях, ставке на односторонние действия и наступлении на демократические права внутри страны.

Террористические атаки, в которых роль американских спецслужб и военных воспринимается с недоверием, стали предлогом для создания параллельного правительства, скрытого от законодательства. «Война против терроризма» стала основой, на которой администрация Буша начала воздвигать военно-полицейскую диктатуру, келейно управляемую «тайной кликой чиновников» и разработанную в Белом доме и в других «неразглашаемых безопасных убежищах».

1814244161794035.html
1814379379241308.html
1814511001418052.html
1814725001888089.html
1814897878693546.html